Избранные цитаты писателей-орловцев

…а также цитаты просто хороших людей, но об Орле.


Сей город можно почти назвать срединою торговли между российскими и малороссийскими городами... по чему и о жителях должно бы заключить, что они богаты, однако несогласие между собою и зависть, будто сорождённые орлянам, препятствовали им до сего времени достигать сего блага...

Василий Зуев, «Путешественные записки от Санкт-Петербурга до Херсона в 1781 и 1782 году», 1787.


...Из Москвы поехал я на Калугу, Белёв и Орёл. И сделал, таким образом, двести вёрст лишних, зато увидел Ермолова. Он живёт в Орле, близ коего находится его деревня.

Александр Пушкин, «Путешествие в Арзрум», 1829.


На заре ты её не буди,
На заре она сладко так спит;
Утро дышит у ней на груди,
Ярко пышет на ямках ланит...

Афанасий Фет, 1842.


Россия без каждого из нас обойтись может, но никто из нас без неё не может обойтись… Космополитизм – чепуха, космополит – нуль, хуже нуля; вне народности ни художества, ни истины, ни жизни, ничего нет.

Иван Тургенев, «Рудин», 1856.


На женскую любовь ушли мои лучшие года, пусть же вытрезвит меня здесь скука, пусть успокоит меня, подготовит к тому, чтобы и я умел не спеша делать дело.

Иван Тургенев, «Дворянское гнездо», 1859.


Россия отстала от Европы; нужно подогнать её...
У нас лучшие головы... давно в этом убедились; все народы в сущности одинаковы; вводите только хорошие учреждения – и дело с концом.

Иван Тургенев, «Дворянское гнездо», 1859.


– Всё это прекрасно! – воскликнул, наконец, раздосадованный Паншин, – вот вы, вернулись в Россию, – что же вы намерены делать?
– Пахать землю, – отвечал Лаврецкий, – и стараться как можно лучше её пахать.

Иван Тургенев, «Дворянское гнездо», 1859.


И кто ж это видывал, чтоб из-за эдакой из-за козьей бороды, прости господи, из-за мужчины в монастырь идти?

Иван Тургенев, «Дворянское гнездо», 1859.


Здравствуй, одинокая старость! Догорай, бесполезная жизнь!

Иван Тургенев, «Дворянское гнездо», 1859.


Желаю, чтобы меня похоронили в Орле, возле моей матери и сестры; свезти меня туда на простых дрогах без балдахина, на паре лошадей; за мною поедут дети, да Николай мой...

Алексей Ермолов, 1861 (?).


Человек, который всю свою жизнь поставил на карту женской любви и когда ему эту карту убили, раскис и опустился до того, что ни на что не стал способен, этакой человек – не мужчина, не самец.

Иван Тургенев, «Отцы и дети», 1862.


Прежде, в недавнее ещё время, мы говорили, что чиновники наши берут взятки, что у нас нет ни дорог, ни торговли, ни правильного суда...
А потом мы догадались, что болтать, всё только болтать о наших язвах не стоит труда… мы увидали, что и умники наши, так называемые передовые люди и обличители, никуда не годятся, что мы занимаемся вздором...

Иван Тургенев, «Отцы и дети», 1862.


Надо бы так устроить жизнь, чтобы каждое мгновение в ней было значительно.

Иван Тургенев, «Отцы и дети», 1862.


Порядочный химик в двадцать раз полезнее всякого поэта.

Иван Тургенев, «Отцы и дети», 1862.


Видишь, что я делаю: в чемодане оказалось пустое место, и я кладу туда сено; так и в жизненном нашем чемодане; чем бы его не набили, лишь бы пустоты не было.

Иван Тургенев, «Отцы и дети», 1862.


Каждый человек на ниточке висит, бездна ежеминутно под ним разверзнуться может, а он ещё сам придумывает себе всякие неприятности, портит свою жизнь.

Иван Тургенев, «Отцы и дети», 1862.

Вас нет – и плакать я готов (и далее по тексту).

Вас нет — и плакать я готов,
И Ангел мой без вас вздыхает.
Старик-токарь своих трудов
Вам две застёжки посылает.

Когда работал их чудак,
То с вами мысль его дружилась:
О, не кружитесь в жизни так,
Как кость слоновая кружилась!

Афанасий Фет, «Н.А. Офросимовой при посылке двух пуговок», 22.02.1869.

О дворянах Офросимовых читайте в статьях Семья Офросимовых и их дом на Введенской и Наталья Офросимова – адресат стихотворения Фета.


У нас и хвост долог, и нос долог, и мы стоим как кулики на болоте да перекачиваемся: нос вытащим – хвост завязнет, а хвост вытащим – нос завязнет.

Николай Лесков, «Соборяне», 1872.


Как подумаешь: нет ничего на свете сильнее… и бессильнее слова!

Иван Тургенев, «Вешние воды», 1872.


Кроме городского – Шредерского сада... устроен ещё за городом Ботанический сад... Эти сады служат наилучшим увеселением в летнее время для жителей города. Для зимнего времени существует в Орле театр.

Гавриил Пясецкий, «Исторические очерки города Орла», 1874.


В Орле, в этом странном «прогорелом» городе, который вспоил на своих мелких водах столько русских литераторов, сколько не поставил их на пользу родины никакой другой русский город…

Николай Лесков, «Новости и Биржевая газета», 1883.


– А у вас в Орле в котором часу настаёт воровской час?
Тётушка отвечает из какой-то книги:
– «Егда люди потрапезуют и, помоляся, уснут, в той час восстают татие и исходя грабят».

Николай Лесков, «Грабёж», 1887.


Стоит направить своё внимание и волю к определённой цели, как сейчас же появляются помощники.

Михаил Пришвин, «За волшебным колобком», 1908.


Страстная неделя, пятница. Как некстати тут норд! И звучит глупо. Другое встаёт: Орёл, тепло, пахучая ракита, разлив рек, весёлая гимназическая религия, шатанье по Болховской. Помню: вот в гимназическом зале, в ожидании очереди идти к старому батьке на исповедь, сижу на подоконнике открытого окна и смотрю на солнечную, тёплую, весенне тарахтящую улицу. Или: пальто в напашку, в шитой рубашке, иду по Очному мосту и смотрю на мелькающие носки блестящих, собственноручно начищенных сапог. Вечерок, внизу разлившаяся полноводная река. И сапоги красивы, и сам я красив – а навстречу плывут тоже молодые и красивые, и где-то церковный звон. И в каждую я влюблён… (3 мая 1918)

Леонид Андреев, дневник 1914–1919.


Некогда скромная Москва (выражение жития: «честная кротостью» и «смиренная кротостью»), катясь в истории как снежный, движущийся ком, росла, наматывая на себя соседей. Это восхождение трудное, часто преступное.

Борис Зайцев, «Преподобный Сергий Радонежский», 1925.


Наша республика похожа на фотографическую тёмную комнату, в которую не пропускают ни одного луча со стороны, а внутри всё освещено красным фонариком. (1929)

Михаил Пришвин, Дневники 1905–1947.


Вот Орёл, один из самых коренных русских городов, – хоть бы его-то жизнь, его людей узнать, а что же я узнал? Улицы, извозчики, разъезженный снег, магазины, вывески, – всё вывески, вывески…

Иван Бунин, «Жизнь Арсеньева», 1930.


Я заходил в библиотеку. Это была старая, редкая по богатству библиотека. Но как уныла была она, до чего никому не нужна!.. Какое несметное количество было на земле поэтов, романистов, повествователей, а сколько уцелело их? Всё одни и те же имена во веки вечные!..

Иван Бунин, «Жизнь Арсеньева», 1930.

Поделиться: